Irina Chernysheva
Я была в мастерской художника.
Лицом к стенам стояли картины, на бесчисленных лавках и табуретках были расставлены коробочки с заготовками к орденам. Сам хозяин - художник в футболке "Спайс герлз" - поочередно отодвигал картины от стены и показывал гостям. Гости пили водку и задавали один и тот же вопрос "Что он хотел сказать этой картиной?"
На высоченном потолке была разметка - прежний владелец - скульптор ваял статуи Ильичей и девушек с веслами.
Ордена-бабочки украшали стены. Орден Васнецова, Рубенса и Гойи по очереди занимали махаон, репейница и павлиний глаз.
Гости потребовали чаю. И тут зазвучал гимн Александрова, все бабочки вспорхнули со своих мест и закружили по комнате, словно играла музыка Чайковского из балета "Щелкунчик", и вокруг новогодней елки порхали Маша с Принцем и другими добрыми героями. Когда музыка стихла, все чинно уселись на свои места, а гости побежали на последний трамвай.
Они вышли из дома, когда во всех окнах погасли огни, один за другим, а последний трамвай уехал в сторону метро. Но они поймали иномарки и полетели по пустынным московским улицам и даже гибддэшники зачарованно глядели им в след.